Итоги дипломатии «сдерживания»

Переход от сотрудничества с союзниками по антифашист­ской коалиции к «холодной войне», курс на «сдержива­ние» СССР, мирового революционного движения стали в первые послевоенные годы основной линией стратегии, по­литики и дипломатии США на мировой арене. Разработан­ный прежде всего в качестве реакции американского импе­риализма на неуклонный рост международных позиций и влияния Советского Союза, на победу народно-демократи­ческих революций в Восточной и успехи прогрессивных сил в Западной Европе, этот курс был быстро распростра­нен Вашингтоном на Азию и другие районы мира, стал глобальным по своим масштабам. Начатый «мирными» акциями, вроде планов Баруха и Маршалла, он затем при­нял форму преимущественно военных мероприятий: раз­вязывания гонки вооружений и создания агрессивных бло­ков, провоцирования международных кризисов, «холод­ной», а затем и локальных «горячих» войн, провозглаше­ния нового «крестового похода против коммунизма». Доктрина «сдерживания» вполне отвечала классовым и экспансионистским, военно-стратегическим и идейно-по­литическим интересам и требованиям монополистических кругов США, оценкам международного положения, целей и возможностей Америки, как они представлялись Ва­шингтону в период и после завершения второй мировой войны. Эта доктрина отражала и обосновывала притяза­ния американского империализма на мировое господство. Она оправдывала проведение политики силы во всех ее проявлениях, вплоть до войны. Она изображала в виде «оборонительных» агрессивные действия империализма, маскировала их классовую сущность и сводила к одному явственно видимому врагу всех его противников.