Золотая «Тихоокеанская эра»

В своих рассуж­дениях о перспективах пре­зидент, по-видимому, возвышает Азию до того же уровня психологического значения, как и Европа, которая всегда была первостепенным районом американской заботы… вьетнамский вопрос ныне поставлен в соответствующую перспективу как неприятный, дорогой и критический инци­дент (!), но тем не менее только как инцидент в гораздо более широком контексте новой и более значительной роли Америки в качестве великой державы в Азии» . Выдвижение азиатской доктрины Джонсона в извест­ной мере было вызвано не только желанием задушить с помощью военной силы национально-освободительную борьбу и превратить Азию в такое же поле деятельности для американских монополий, как и Западная Европа, ко­торая до сих пор занимала главное место в глобальной стратегии США. Оно демонстрировало также стремление США путем силы и угроз, с одной стороны, обещаний по­мощи и дружбы — с другой, добиться приемлемого для обеих сторон модус-вивенди с Пекином в Азии. «США предпринимают ныне осторожную попытку более гибкого подхода к красным китайцам,— писал, например, «Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт» 25 июля 1966 г.— Одно высокое официальное лицо в правительстве дает такой анализ (доктрины.—М.). «Президент фактически говорит: Смотрите, мы намереваемся оставаться в Азии или по крайней мере наша сила будет защищать Азию… в гряду­щие годы. Так что собирайтесь жить вместе с нами в этом небольшом мире, откажитесь от своей агрессивности, при­мите участие в процветании новой Азии»…»