Военная угроза

В результате всего этого нависла непо­средственно над китайской территорией; опасный очаг на­пряженности возник в районе островов Куэмой и Мацзу, которые, по признанию Эйзенхауэра, гоминьдановцы рас­сматривали как «промежуточные ступени» для вторжения на материк. Контроль над этими островами давал возмож­ность Чан Кай-ши сохранять отправной трамплин для диверсионных рейдов на побережье, «поддерживать дух антикоммунистических азиатов в других районах юго-во­сточной части Тихого океана и вынуждать коммунистов приковывать свои войска для охраны от угрозы, которую представляли собой расположенные на островах силы» (чанкайшистов) . В создавшихся условиях ответные действия КНР про­тив этих островов, так же как и против самого Тайваня, представляли собой законные меры самообороны. Однако, как только китайская армия 3 сентября 1954 г. в ответ на провокации гоминьдановцев подвергла артиллерийскому обстрелу Куэмой и Мацзу, правительство США поспешило вмешаться и в события, происходившие у самых берегов КНР. При обсуждении в Вашингтоне вопроса о том, брать ли США под свою непосредственную «защиту» прибреж­ные китайские острова или нет, было признано, что их утрата гоминьдановцами «имела бы плохой, возможно катастрофический, психологический эффект»*. Большое «психологическое» значение Куэмоя и Мацзу не только для Чан Кай-ши, но и для американских империалистов вытекало прежде всего из их общего акцента на «войне нервов», на политике «балансирования на грани войны».