Открытая ин­тервенция на Кубу

Как видно, в данном случае учет реального положения и соотношения сил, общественного мнения и договорных обязательств США перевесил стремление к использованию «дипломатии канонерок». Воздержавшись от, правительство Эйзенхауэра тем не ме­нее до конца оказывало всевозможную помощь режиму Батиста в его борьбе с кубинской революцией. Но ни ку­бинский диктатор, ни его вашингтонские покровители не могли уже измелить хода событий. Повстанцы Миделя Кастро одерживали одну победу за другой и к концу 1958 г. завершили освобождение острова. Торжество кубинской революции явилось новым дока­зательством несостоятельности латиноамериканской дип­ломатии США, ее усиливающегося кризиса, наступления сил национального и социального освобождения в районе, который американские имперпалнсты еще недавно счита­ли своим заповедником. Другой крупный провал в 1958 г. американская дипло­матия потерпела в том районе земного шара, который был объявлен Вашингтоном в послевоенные годы одним из са­мых «жизненно важных» для США, а вернее — для аме­риканских монополий,— на Ближнем Востоке.

Чем меньше правительств стран этого канопа одобряло доктрину Эйзенхауэра, тем упорнее и опаснее становились попытки правящих кругов США укрепить позиции этих правительств, удержать их у власти, даже вопреки ясно выраженному желанию населения данных строп. Именно так повернулось, в частности, дело в Ливане, где проаме­рикански настроенный президент Шаман с прямого благо­словения Вашингтона пытался подавить всякую оппози­цию и сохранить за собой  Эта дипломатическая игра не раз уже приводила в прошлом и снова привела осенью 1958 г. к серьезному международному кризису.