Приверженцев геополитической доктрины силы

Возобладание в американской послевоенной диплома­тии взглядов означало, что ценность любой внешне — и внутриполи­тической акции для них в конечном счете выражалась в том, насколько она содействовала усилению мировых воен­но-стратегических позиций США. Не кто иной, как Мар­шалл, заявил на заседании американского правительства 7 ноября 1947 г., что целью Вашингтона отныне является «восстановление баланса сил (а уже не экономики.— Ю. М.) как в Европе, так и Азии и что все действия будут теперь рассматриваться в свете этой цели». Целиком соли­даризируясь с ним, Форрестол со своей стороны потребо­вал, чтобы в интересах скорейшего достижения этой цели США обратили особое внимание на возрождение таких важных «элементов баланса сил», как Германия и Япония, которые «мы сами только что разрушили» (о чем министр обороны США теперь совершенно откровенно сожалел) . Вся трудность для правящих кругов США в осущест­влении перехода от плана Маршалла как программы «эко­номического восстановления» к вовлечению его участни­ков в военные приготовления состояла, однако, в том, что никаких реальных признаков угрозы нападения со сторо­ны СССР на Западную Европу не было и, естественно, не могло быть. Поэтому для доказательства наличия такой угрозы в ход снова широко была пущена ложь о «косвен­ной агрессии», которая наряду с экономической приман­кой и прямым военно-дипломатическим давлением должна была наконец позволить приступить к осуществлению все­го комплекса мероприятий, задуманных по плану Маршал­ла.