Американские авторы

«Памятные записки от 4 июня,— свидетельствовали сами,— или послужили причиной, или обеспечили предлог (!) для существенного военного нара­щивания сил Соединенными Штатами» .Раздувая берлинский кризис, правящие круги США вновь вступали на крайне опасный путь. Правда, как сооб­щал журнал «Бизнес уик» 22 июля 1961 г., президент был «озабочен опасностью того, что его советники называют «политической эскалацией»,— состязания в воинственных шагах с обеих сторон, которое ограничило бы американо­советскую свободу переговоров и могло бы сделать войну более вероятной. Он также опасался, что импозантные в данный момент действия… будут выглядеть подобно блефу позднее». «Кеннеди…— вспоминал Шлезингер,— не желал доводить кризис до точки, из-за которой уже не было бы возврата»  Однако, независимо от намерений президента, берлинский кризис 1961 г. сыграл весьма отрицательную роль в развитии американо-советских и вообще междуна­родных отношений, в значительной мере вышел из-под его контроля, и если не привел к войне, то прежде и больше всего благодаря решительным и активным действиям СССР, ГДР и других участников Варшавского договора. 13 августа 1961 г. правительство ГДР при согласии и поддержке остальных социалистических стран взяло под строгий контроль границу между Восточным и Западным Берлином с целью положить конец здесь всяким провока­циям. Со своей стороны Советский Союз для приведения в чувство воинствующих реакционеров и агрессоров возоб­новил испытания ядерного оружия. Этот шаг явился пол­ной неожиданностью для Вашингтона. Там полагали, что пока США тянут в Женеве с переговорами о запрещении атомных взрывов и пока они сами не начнут новую серию их, к которой они энергично готовились, СССР не пойдет на такой шаг и тем самым оставит американским милита­ристам возможности как для ядерного шантажа, так и для нового опережающего рывка вперед в развитии ракетно-ядерного потенциала.