Военно-морской флот США

Со своей стороны министр Форрестол поставил под вопрос проблему военного сотрудничества с СССР на Дальнем Востоке, а заодно и все другие послевоенные планы антифашистской коалиции. 1 мая 1945 г. он предложил американскому правительству рассмотреть следующие вопросы: «Какова наша полити­ка в отношении русского влияния на Дальнем Востоке? Желаем ли мы иметь противовес этому влиянию? И дол­жен ли быть таким противовесом Китай или им следует сделать Японию?»  Еще дальше пошел старый мюнхенец, ставший к тому времени заместителем госсекретаря, Джозеф Грю. Уже 18 мая 1945 г. он высказал мнение, что «будущая вой­на с Россией очевидна» и что США должны исходить из этого основного постулата в формировании всей своей но­вой «межвоенной» дипломатии. Эта война, утверждал Грю, «может разразиться в ближайшие годы. Нам следует по­этому поддерживать в готовности свои вооруженные си­лы… Мы должны настаивать на контроле над стратеги­ческими воздушными и морскими базами» . Решение о переходе от политики сотрудничества с СССР к проведению «жесткого курса», а в конечном счете открытой борьбы с ним было скороспелым и близоруким, но в то же время первым наиболее далеко идущим и по- истине роковым дипломатическим шагом правительства Трумэна. Продиктованный узкоклассовой ограниченно­стью и ненавистью, непосредственно вытекавший из аван­тюристических экспансионистских планов господствующей олигархии США, этот шаг, по существу, означал, что вме­сто использования благоприятных возможностей насту­пающего мира для утверждения принципов мирного сосу­ществования и сотрудничества народов, отстаиваемых со­ветской дипломатией, Вашингтон вел дело.