Угроза использовать сосредоточенные на Тайване чанкайшистские войска

На деле это была для нападения на континентальный Китай с целью его «освобождения» от коммунизма. Как показали после­дующие действия правительства Эйзенхауэра на Дальнем Востоке, оно твердо взяло курс не только на отрыв части законной китайской территории, но и на создание посто­янной военной угрозы для КНР. Оно продолжило политику вмешательства во внутренние китайские дела до создания международной ситуации на грани войны. Характерной чертой даллесовской дипломатии стало то, что она не только пыталась запугать социалистические страны, но и игнорировала мнения ближайших союзников США, не говоря уже о нейтральных государствах. Оппо­зиция большинства западноевропейских государств как доктрине «освобождения» вообще, так и курсу на расшире­ние корейской войны не была для Вашингтона секретом. Тем не менее, приступая к проведению своей «глобальной динамичной политики», правительство Эйзенхауэра — Дал­леса явно намеревалось действовать на мировой арене, не­взирая на сопротивление других государств и отрицатель­ную реакцию мирового общественного мнения. В частно­сти, правительство Эйзенхауэра решило постараться навя­зать свои условия перемирия в Корее, угрожая в против­ном случае прервать переговоры и прибегнуть к «стратегии Макартура», т. е. к использованию всех средств, вплоть до нападения на континентальный Китай и применения атом­ной бомбы для «завоевания победы». «В свете моёго неже­лания принять статус-кво вспоминал президент США,— несколько других курсов было рассмот­рено… было очевидно, что если мы должны перейти к боль­шому наступлению, то война обязательно распространится за пределы Кореи — с ударами против